На фоне глубокого политико-экономического кризиса, Боливию охватывает огромное народное восстание. Чтобы понять, как в стране возникла революционная ситуация, необходимо углубиться в исторические события, начавшиеся более двадцати лет назад. Улицы, которые сегодня вновь стали ареной столкновений, унаследовали опыт революционных процессов 2003 и 2005 годов. Внимание, в первую очередь, следует обратить на то, что те протесты не успели коренным образом изменить капиталистическую систему, и впоследствии лишь изменили руководство политического режима.
Восстание 2003 года и падение правительства Санчеса де Лосады
2003 год ознаменовал глубокий кризис господства неолиберальной модели, внедрённой в 1985-м. Второй срок Гонсало Санчеса де Лосады (по прозвищу «Гони») был весьма бурным. Он начался в условиях фискального кризиса, высокой безработицы и глубокого социального недовольства – из-за приватизации и грабежа госпредприятий. Искрой восстания стали планы государства экспортировать природный газ на рынки США и Мексики через чилийские порты. Целью восставших было положить конец разграблению стратегических ресурсов транснациональными корпорациями (вроде Pacific LNG), которые обкрадывали боливийское государство, выплачивая роялти в размере 18%.
Гражданское население расценило экспорт газа в таких условиях как повторение грабежа серебра и олова из Потоси в начале XX века. Движения рабочих, крестьян и «коммунаров» (представителей коренных общин) требовали защитить природные ресурсы, чтоб обеспечить независимую индустриализацию страны.
Народное восстание применяло радикальные методы борьбы. К ним относилась, например, осада городов: коренные общины Альтиплано под руководством Фелипе Киспе («Эль Малку») блокировали подъезды к столице, перекрывая стратегические дороги.
Город Эль-Альто с преимущественно мигрантским и коренным (аймара) населением стал эпицентром сопротивления. Организованные Федерацией сообществ микрорайонов (FEJUVE) и Федерацией рабочих Эль-Альто, тысячи жителей парализовали город баррикадами и траншеями. Надзирали за всем этим Общинные комитеты наблюдения – чтобы отразить продвижение бронетехники государственной армии.
Ответом правительства Санчеса де Лосады стало военное противостояние протестам, с принятием «Декрета Смерти» (Верховный декрет 27209), который предоставлял иммунитет военнослужащим, участвовавшим в «поддержании общественного порядка». В октябре 2003 года попытка армии прорвать блокпосты в кварталах Эль-Альто, используя военные колонны, загруженные бензином, привело к «Октябрьской бойне». Войска применили боевое оружие и снайперов против невооружённых граждан.
Государственная жестокость унесла более 60 жизней и ранила по меньшей мере 400 людей. Сопротивление, однако, не сломилось: расправа над гражданами вызвала волну национального возмущения. Волна эта нашла отклик у среднего класса Ла-Паса, студенчества и профессиональных слоёв – все они требовали привлечь президента к ответственности. 17 октября 2003 года, лишённый единства в правительстве, поддержки парламента и отвергнутный международной общественностью, Санчес де Лосада скрылся в США на вертолёте.
После побега «Гони» конституционная преемственность перешла к вице-президенту, историку и журналисту Карлосу Месе. На улицах Ла-Паса и Эль-Альто мобилизованные массы обсуждали, следует ли им осуществить прямой захват власти или допустить институциональный переход.
Рабочий Боливийский Центр (РБЦ), тогда возглавляемый фигурами вроде Хайме Солареса, принял роковое решение: приостановить осаду Дворца правительства. После перемирия и прихода Карлоса Месы руководство РБЦ сдержало мятежные настроения низов, дав буржуазии передышку: Меса пообещал созвать Учредительное собрание и провести референдум по газу, переведя кризис в институциональную плоскость.
Электоральный «предохранитель» и избрание Эво Моралеса
Перемирие 2003 года не решило структурных проблем. В 2005 году новая волна протестов против Карлоса Месы (который отказался национализировать нефтегазовую отрасль) также вынудила его уйти в отставку. Народное движение требовало полной национализации без компенсаций и суверенного Учредительного собрания.
Однако революционная энергия, способная запустить буржуазного государства, была направлена на избирательный процесс. Движение за социализм (Movimiento al Socialismo, MAS), возглавляемое лидером производителей коки Эво Моралесом, подавало себя как единственную институциональную альтернативу, способную умиротворить страну. На выборах в декабре 2005 года Моралес воспользовался всеобщим недовольством и одержал историческую победу, получив 53,7% голосов. Эта победа на выборах заглушила повстанческий процесс: уличная борьба за власть трансформировалась в управление существующим госаппаратом.
Умиротворение восстания
Придя к власти, правительство Эво Моралеса провело реформы, отвечавшие давлению «Повестки дня октября 2003 года». Как результат, в стране была достигнута беспрецедентная экономическая стабильность.
Была проведена национализация нефтяных и горнодобывающих компаний: в мае 2006 года был издан указ о «национализации» нефтегазовой отрасли. В результате реструктуризации компании Yacimientos Petrolíferos Fiscales Bolivianos (YPFB) государство получило контроль над собственностью на ресурсы и потребовало пересмотра контрактов с транснациональными компаниями, получив до 82% доходов от нефти на крупнейших месторождениях. Аналогичным образом была возобновлена деятельность Боливийской горнодобывающей корпорации (COMIBOL), а также восстановлены стратегические плавильные заводы (вроде того, что в Винто).
Распределили доходы от нефти: огромный приток иностранной валюты от экспорта газа (вызванный сырьевым «бумом») частично направлялся на государственные инвестиции и создание социальных премий. Такие программы, как премия Хуансито Пинто (для снижения уровня отсева из школ), премия Хуаны Азурдуй (для беременных женщин) и пенсия «Достоинство» (для пожилых людей), вывели миллионы боливийцев из крайней нищеты и стимулировали внутренний рынок.
Несмотря на антиимпериалистическую риторику и провозглашение «многонационального государства», правительство Эво Моралеса выступало ключевым фактором социального сдерживания. Вместо того чтобы двигаться к демонтажу землевладельческого и капиталистического государства, MAS на практике сохраняло преемственность зависимого и эксплуататорского капитализма. Правительство Эво Моралеса воспользовалось бумом сырьевых товаров, чтобы получить большую прибыль и предоставить социальные льготы массам, сумев подавить классовую борьбу, не затронув при этом прибыль землевладельческой олигархии или транснациональных корпораций.
Независимая мобилизация профсоюзов и коренных общин систематически подавлялась или использовалась в корыстных целях. Всякий раз, когда низовые движения пытались выйти за рамки частной собственности или существующих законов, правительство использовало свой революционный авторитет для урегулирования конфликтов, утверждая при этом, что «нападки на правительство играют на руку правым». Таким образом, участие рабочих было подчинено государственной бюрократии.
Эво Моралес, землевладельцы и банковский сектор
За социалистической риторикой правительство MAS укрепило традиционную структуру экономической власти, заключив союзы с олигархией восточной Боливии (Санта-Крус) и финансовым сектором.
Правительство замедлило радикальную аграрную реформу в низинах. Был смягчён Закон об экономической и социальной функции (FES), и были объявлены амнистии за незаконную вырубку лесов, гарантирующие права собственности крупных скотоводов и фермеров, выращивающих сою. Было развито использование ГМО, а сельскохозяйственные угодья были расширены посредством указов, разрешающих контролируемые выжигания, что напрямую приносило выгоду традиционным землевладельцам в обмен на политический мир.
В свою очередь, частный финансовый сектор пережил свой самый большой период экономического процветания. Правительство гарантировало правовую защиту частных банков, которые год за годом увеличивали свою прибыль благодаря ликвидности экономики и внутреннему потреблению, ни разу не подвергаясь попыткам национализации.
Подавление протестов и передача рудников корпорациям
Противоречия проявились, когда рабочий класс напрямую столкнулся с интересами правительства и его корпоративных союзников.
Во время реализации нового Закона о пенсиях Боливийский рабочий Центр (Central Obrera Boliviana, COB) и горнодобывающий сектор вышли на улицы, требуя пенсий, эквивалентных 100% их последней заработной платы, и снижения пенсионного возраста. Правительство Эво Моралеса назвало протестующих «заговорщиками» и «эгоистами», мобилизовав подконтрольные сектора для противодействия маршам рабочих.
Несмотря на риторику о хнационализации, Закон о горнодобывающей промышленности и металлургии укрепил контроль иностранных компаний (таких как японская Sumitomo на руднике Сан-Кристобаль или американская Coeur Mining) над богатейшими месторождениями страны. Более того, огромные привилегии были предоставлены традиционным горнодобывающим кооперативам, работающим по принципу частной эксплуатации труда, в ущерб государственным горнодобывающим компаниям и экологическим правам местных общин.
Слабость Эво и возрождение правых сил
В конце 2010-х годов государственная модель начала демонстрировать признаки износа из-за падения международных цен на газ. В то же время упорное настаивание Эво Моралеса на бессрочном переизбрании привело к серьёзному политическому разлому.
Игнорирование результатов референдума 21 февраля 2016 года (21F), на котором большинство проголосовало против нового президентского срока, подорвало легитимность Моралеса и оттолкнуло широкие слои городского среднего класса. Это недовольство было умело использовано традиционными правыми силами и предпринимательскими комитетами: они реорганизовали свои силы, используя знамя «защиты демократии» для подготовки захвата власти.
Государственный переворот в 2019 году
Политический кризис достиг своей критической точки на выборах в октябре 2019 года. После обвинений в фальсификации выборов, распространяемых Организацией американских государств (ОАГ), и срыва системы быстрого подсчёта голосов, крайне правые развязали насильственные уличные акции.
Реакционное восстание укрепилось после мятежа боливийской полиции и «предложения» вооружённых сил об отставке президента. 10 ноября 2019 года Эво Моралес подал в отставку и отправился в изгнание в Мексику (а позже в Аргентину). Два дня спустя правая сенаторка Жанин Аньес заняла пост временной президентки на сессии законодательного собрания без кворума, положив начало режиму под военным контролем. Этот режим преследовал профсоюзных лидеров и совершал массовые убийства участников народного сопротивления в Сакабе и Сенкате.
Поражение переворота и приход к власти Луиса Арсе
Режим Аньес быстро рухнул из-за жестоких репрессий, коррупционных скандалов во время пандемии и катастрофического экономического управления. Сопротивление рабочего класса и коренного населения реорганизовалось самостоятельно. В августе 2020 года, на фоне парализовавшего страну карантина, правительство было вынуждено назначить дату выборов.
В октябре 2020 года MAS вернулась к власти электоральным путём. Луис Арсе Катакора, бывший министр экономики в правительстве Эво Моралеса, победил на президентских выборах, получив 55,1% голосов – это отражало единодушное неприятие народом правого переворота.
Правительство Луиса Арсе
Правительство Луиса Арсе пришло к власти с центральным обещанием осуществить «экономическую реконструкцию». Будучи бывшим министром экономики и считаясь «архитектором» предыдущего экономического бума, его стратегия основывалась на программе «Бонус за помощь голодающим» и запуске амбициозной модели импортозамещающей индустриализации (ISI). Этот государственный план предусматривал строительство более 150 государственных промышленных предприятий (заводов по производству биодизеля, заводов по производству NPK-удобрений, цинковых заводов, а также предприятий по переработке лития и пищевых продуктов) с целью переработки местного сырья, снижения зависимости от иностранного производства и предотвращения оттока капитала.
Однако амбициозный государственный план индустриализации столкнулся со структурными и непреодолимыми ограничениями боливийской модели добычи полезных ископаемых. Поддержание всего государственного аппарата и субсидий исторически зависело от экспорта природного газа в Бразилию и Аргентину. Десятилетия недостаточного инвестирования в разведку нефтегазовой отрасли привели к критическому истощению и сокращению запасов газа.
Это сокращение основного источника дохода страны вызвало катастрофический эффект домино. В связи с резким сокращением экспорта газа поток иностранной валюты, пополнявший чистые международные резервы Центрального банка, иссяк. Это привело к хроническому дефициту долларов США на формальном рынке.
Исторически Боливия субсидировала цены на бензин и дизельное топливо на внутреннем рынке, чтобы поддерживать их на низком уровне. Из-за недостаточной добычи нефти государство было вынуждено импортировать всё большие объёмы топлива по международным ценам. Не имея достаточных средств в государственной казне для оплаты международным поставщикам, государственная компания YPFB (Yacimientos Petrolíferos Fiscales Bolivianos) начала задерживать платежи. Это привело к хроническому дефициту дизельного топлива и бензина, вынуждая перевозчиков, сельскохозяйственных производителей и граждан стоять в многокилометровых очередях на автозаправочных станциях по несколько дней.
К моменту окончания срока правительство оставило страну с дефицитом и стагфляцией, усилив экономическую уязвимость и социальное разделение, что подготовило почву для последующих политических конфликтов.
Разногласия внутри Движения за социализм
Политический цикл Движения за социализм (MAS) вступил в свою заключительную фазу из-за необратимого внутреннего раскола. Ожесточённое соперничество за лидерство между крылом «Эвиста» (лояльным Эво Моралесу) и крылом «Арсе» (лояльным президенту Луису Арсе) расколол основные общественные организации страны.
Обе стороны сталкивались в судах, проводили параллельные съезды и блокировали дороги, чтобы дисквалифицировать друг друга. Это раздробило рабочую базу, оставшуюся без единого политического выбора.
Выборы 2025 года
Всеобщие выборы прошли в августе 2025 года, в условиях раскола MAS и серьезного экономического кризиса. Избирательный процесс был обусловлен открытой рецессией, которую страна переживала с 2024 года, вызванной истощением международных резервов, хронической нехваткой топлива и острой нехваткой долларов, подпитывавшей параллельный рынок. Этот коллапс показал, что предыдущий бум был не чем иным, как периодом, поддерживаемым сырьевым бумом. Когда цены на сырьё рухнули, модель MAS выявила сохранение зависимого, эксплуататорского и подчиненного капитализма, за сохранение которого Моралес и Арсе несли ответственность.
В этом контексте первый тур, состоявшийся 17 августа, принёс преимущество сенатору Родриго Пасу Перейре от Христианско-демократической партии (PDC) с 32,1% голосов. За ним следовал бывший президент-консерватор Хорхе «Туто» Кирога от Альянса за свободу и демократию (Libre) с 26,8%, что закрепило сдвиг в сторону традиционно правых сил в результате исторического провала правительственного реформизма.
Второй тур президентских выборов состоялся 19 октября 2025 года. Вопреки многим первоначальным прогнозам опросов, Родриго Пас Перейра (сын бывшего президента Хайме Паза Саморы) и его вице-президент Эдманд Лара одержали победу, получив 54,5% голосов против 45,4% у Кироги. Пас сумел победить, смягчив свою риторику в заключительной кампании, чтобы заручиться голосами центристов и разочарованных прогрессистов, представив себя институциональной альтернативой экономическому кризису.
Историческая база поддержки MAS была разрушена. Электорат, пострадавший от инфляции, длинных очередей на заправках и нехватки долларов, жестоко наказал партию на выборах. Официальная партия MAS-IPSP получила исторически незначительный результат в 2,48% голосов, сократив своё большинство с 96 депутатов, избранных в 2020 году, до всего одного депутата в парламенте после официального подсчёта голосов в 2025 году.
Мирные меры
Под лозунгом открытия экономики и внедрения «капитализма для всех» правительство Родриго Паса быстро наладило политические союзы с крайне правыми правительствами на международном уровне. Продемонстрировав быструю и безоговорочную поддержку Дональда Трампа, Пас незамедлительно принял агрессивный пакет неолиберальных реформ в соответствии с его экономической программой:
- Регулирование валютного курса и фискальная корректировка: создание Фонда стабилизации валютного курса для унификации долларового рынка, сопровождаемое полной либерализацией экспорта и импорта, а также налоговой реструктуризацией для снижения налогов для предприятий;
- Международная открытость: немедленный дипломатический сдвиг в сторону укрепления финансовых и политических связей с США и международными финансовыми институтами;
- Структурные реформы: предложения по рыночной аграрной реформе в производственных регионах и предложенная конституционная реформа, которую оппозиция осудила как начало приватизации стратегических природных ресурсов;
- Судебное наступление: Объявление о глубокой реструктуризации судебной системы с прямыми предупреждениями о том, что лидеры предыдущего правительства, особенно Эво Моралес, будут привлечены к ответственности.
От протестов 2025 года к восстанию января 2026 года: первое поражение Паса
В течение 2025 года сопротивление боливийских масс валютному кризису и рецессии, унаследованной от 2024 года, начало проявляться в виде серии разрозненных, секторальных и фрагментированных протестов по всей стране. Профсоюзные протесты против инфляции, забастовки водителей из-за нехватки топлива, забастовки учителей за увеличение бюджета и местные крестьянские блокады первоначально происходили разрозненно. Однако этот сценарий радикально изменился с принятием жестокого неолиберального Верховного указа № 5503, который отменил топливные субсидии, заморозил заработную плату в государственном секторе, сократил государственные расходы и дерегулировал экономику, чтобы открыть стратегические ресурсы для транснационального капитала. Указ стал решающим толчком, который объединил накопившийся гнев всех эксплуатируемых слоёв населения. Преодолев секторальную изоляцию и сломив собственное руководство, различные борющиеся сектора объединили свои силы в масштабной национальной мобилизации января 2026 года, которая вывела на улицы более 500 000 человек и парализовала рабочими забастовками. Эта колоссальная массовая акция прямого действия стала первым крупным поражением для правительства Родриго Паса, что вынудило его полностью отменить указ.
Восстание мая 2026 года
Социальная раздробленность окончательно завершилась в мае 2026 года, кульминацией чего стал масштабный социальный взрыв по всей стране. Постоянная нехватка топлива, низкие зарплаты, подорванные инфляцией, и решительное неприятие скрытой приватизации природных ресурсов объединили народные гражданские комитеты, независимые профсоюзы и аграрные общины.
Главные автомагистрали страны были заблокированы, что парализовало логистическое движение и перекрыло важные подъездные пути к городу Ла-Пас. В то время как президент Родриго Пас публично заявляет о существовании «радикальных групп, отказывающихся от диалога», и криминализирует марши, рабочий класс, коренные народы и эксплуатируемые слои масс Боливии возобновили свои исторические методы прямого действия, открыв новую главу уличных столкновений, напоминающих восстания 2003 года, и поставив под угрозу стабильность нового капиталистического режима.
Долой Родриго Паса! Поддерживаем создание революционной альтернативы для Боливии!
Нынешний сценарий противостояний, парализующих Боливию, знаменует собой окончательное исчерпание реформистских иллюзий. Исторический опыт показывает, что примиренческие правительства, такие как правительства Эво Моралеса и Луиса Арсе, представляли собой стратегию обмана рабочего класса. Смена политического руководства буржуазного государства без фундаментальной трансформации социально-экономической системы лишь укрепляла землевладельческую буржуазию и транснациональные корпорации, способствуя возвращению жестоких неолиберальных планов, подобных плану Родриго Паса.
Накопленные уроки дают неопровержимое наставление борющимся слоям населения: массы побеждают только тогда, когда объединяют свои разрозненные требования на улицах, преодолевают профсоюзную бюрократию и полагаются исключительно на свою собственную независимую силу. Поэтому задача перед лицом нынешнего национального восстания состоит не в том, чтобы торговаться крохами или заключать новые институциональные соглашения, а, как уже заявляли борцы, в том, чтобы свергнуть правительство Паса, морящее народ голодом.
В то же время крайне важно создать собственную революционную альтернативу, чтобы рабочий класс, вместе с крестьянами, коренными народами и народными массами, мог взять бразды правления страной, решить нерешённые демократические и национальные задачи и основать на руинах буржуазного государства социалистическую Боливию.