Во всем мире, в том числе в подвергшейся оккупации Восточной Европе, Вторая Мировая война называется Второй Мировой войной. Однако в советской историографии прочно укрепилась «Великая Отечественная война», большей частью подменив собой и вытеснив войну Мировую. При этом во многих странах Восточной Европы этот термин вызывает неприятие, часто непонятное русскому человеку, которому в этом ошибочно видится попытка поставить под вопрос значение разгрома нацизма, «неблагодарность», «потеря исторической памяти» и пр. Одновременно часто поднимается вопрос роли СССР в Мировой войне. Ниже мы хотим немного разобраться с этими вопросами и возникающими спорами вокруг этого, наверное, крупнейшего события ХХ века. Но для этого важно попытаться поставить себя на место другого человека и постараться понять его мысли и чувства.

«Великая Отечественная война» и народы Восточной Европы

Местом завершения «Великой Отечественной войны» в «отечественной» историографии считается Берлин. Но между Москвой и Берлином живет много народов, оказавшихся в нацистской оккупации и боровшихся против нее. Как они смотрят на «нашу» «Отечественную» войну до Берлина? Поляк, чех или словак может сказать: «Мы благодарны советским солдатам: без них у нас не хватало сил победить нацистскую оккупацию. Поэтому мы встречали советскую армию с цветами. Но мы не были просто цветочной улицей: у нас тоже было сопротивление, мы тоже боролись за освобождение своих стран, а не просто ждали освобождения кем-то; кое-где даже не дождались, как в случае Варшавского восстания. Почему вы записываете поражение нацизма исключительно на вашу «Отечественную» войну, игнорируя нас? Кроме того, почему вы думаете, что на территории наших стран вы вели вашу «Отечественную» войну, как если бы вы нас присоединили к своему «Отечеству»? И еще: почему вы так однозначно называете советскую армию «освободительной» в условиях, что после войны она осталась в наших странах, держала нас под контролем и неоднократно подавляла борьбу трудящихся за свои права? что та армия, которую мы встречали с цветами, превратилась в угнетателя и стала прямо стрелять в нас, как в Праге 1968 или Венгрии 1956?».

Стоит ли удивляться, если люди в странах Восточной Европы, празднуя победу над нацизмом и отдавая должное солдатам советской армии, одновременно не восторгаются нашей «Отечественной войной»? что столь привычное для русских выражение «армия-освободительница» может в Чехии или Польше вызывать раздражение, а памятники советским солдатам — двойственные чувства, особенно у поколений, которые не видели 1945, но видели 1968? И особенно у поляков: стоит ли удивляться, если на вопрос о роли СССР во Второй Мировой войне поляк вспомнит в первую очередь, как в сентябре 1939 года его родину поделили между собой Гитлер со Сталиным, устроив по такому поводу совместный парад гитлеровских и советских войск?

«Великая Отечественная война» и народы СССР

Еще острее этот вопрос относится к народам, находившимся в составе сталинского СССР с отнятым правом на самоопределение и по полной пострадавшим от сталинской национальной политики, от исходивших из Московского Кремля репрессий и от приведшей к голоду форсированной коллективизации. Они спрашивают: «Отечественная война? А за какое «Отечество»? Мое украинское (белорусское, эстонское…)? Или за то великорусское, что его растоптало, лишив нас национального права на самоопределение, расстреливая борцов за него, ущемляя наш язык и вообще отрицая мою украинскую (белорусскую, эстонскую…) родину? И если это «отечественная» война за освобождение моей родины, то с поражением нацизма она не закончилась, потому что моя родина, Украина, осталась под стальным контролем московского Кремля».

Стоит удивляться, что термин «Отечественная война», да еще и сопровождающийся ликами Сталина, часто не вызывает у этих народов однозначной бурной радости? Особенно в Украине, где советские войска подавляли национальное украинское движение и до, и после войны? И в том числе сегодня, когда война Путина против Украины и аннексия Крыма с Донбассом были прямо осуществлены под георгиевской лентой (которая сегодня запрещена в Украине именно поэтому, а не из-за «фашизма»)?

«Великая Отечественная война» и народы Западной Европы

Человек из Западной Европы, например, француз, может рассуждать так: «Франция была порабощена фашизмом. СССР, конечно, ослабил Гитлера — и мы отдаем должное советским солдатам. Но СССР на наши проблемы было наплевать: ведь вы вели сугубо вашу «Отечественную войну», просто желая защитить свое «Отечество», воевали за себя; не говоря уже о том, что по пакту Молотова-Рибентропа Сталин гарантировал ресурсы Гитлеру, облегчив ему захват моей страны. А США, освобождая Францию, хотя и тоже преследовали свои интересы, но не заключали пактов с Гитлером и ставили целью его поражение. И при этом у них хватало такта не назвать это своей американской «Великой Отечественной войной». Более того, они даже позаботились о том, чтобы первыми вошли в Париж французские подразделения».

Стоит ли удивляться поэтому, что, например, француз может больше ценить роль США в войне, нежели СССР?

Аналогично немец может рассуждать так: «Мы боролись против Гитлера на рубеже 1920-30-х годов. Но забастовки наших рабочих были разгромлены его штурмовиками — в том числе из-за катастрофической политики сталинского функционера Тельмана. Потом мы, зажатые в тиски гитлеровских силовиков, его вертикали власти и тотального контроля, уже просто не знали, что делать, и многие смирились с положением, тем более установилась какая-то стабильность. Да, кто-то от безвыходности и унижения Версальского мира действительно клюнул на обманку «Национального Лидера». Кто-то действительно по недоразумению верил что Германия «встает с колен» и в восторге кричал «Судеты наши!» — либо не понимая происходящего, либо просто опасаясь за рабочее место и свободу. А единственная информация, которая у нас была, — геббельсовский помет. Никакой народ не застрахован от порабощения «сильными лидерами» и собственным национальным чванством. Мы тоже пострадали от Гитлера. А ваша концепция «Отечественной» войны, завершившейся в Берлине, означает, что ваше «Отечество» как бы победило наше. Но Третий Рейх и немецкий народ — это не одно и то же. Победа над нацизмом — это и над победа над этим ужасом. Западные политики хотя и большие пройдохи, но все же говорят, что это было поражение нацизма во Второй Мировой войне. А у вас медаль называется «За победу над Германией в Великой Отечественной войне». Западные политики гораздо ближе к правде и уважительнее к нам как к народу».

Стоит ли удивляться, если немцы могут не оценить «Отечественного» подхода? В том числе сегодня, когда в его продолжение российские водители на 9 мая патриотически лепят наклейки «На Берлин!» на свои вольксвагены и мерседесы? Или когда спортивному противостоянию немецкой и российской команд придается аура Второй Мировой?

«Великая Отечественная война» и Мировая

Не секрет, что политики западных стран имеют тенденцию преувеличивать роль США во Второй Мировой войне и занижать роль народов СССР. Но они делают это с опорой именно на «Великую Отечественную войну». Они как бы говорят: «Ребята, вы воевали на Великой Отечественной войне и празднуете 9 мая вашу победу в Великой Отечественной войне. А мы воевали на Второй Мировой и празднуем 8 мая и 2 сентября наши победы во Второй Мировой. Да, ваша великая победа в вашей Великой Отечественной войне внесла ключевой вклад… в нашу великую победу во Второй Мировой. Мы считаем, что ваша Сталинградская битва стала поворотным событием во Второй Мировой войне, и потому называем в честь нее улицы и площади наших городов, а вы считаете, что Сталинградская битва стала поворотным пунктом вашей Великой но узконациональной Отечественной войны. Наши ветераны — ветераны Второй Мировой войны, а у вас — «ветераны ВОВ», которые во Второй Мировой вроде как и не участвовали, если только уже после 9 мая не были отправлены воевать с Японией. Вся ваша страна уставлена военными мемориалами Отечественной войне, а Мировая война вообще отсутствует, как будто вас там и не было. Это вы сами, изобретя «Отечественную» войну, умаляете собственный вклад в итог Мировой войны. Это ваше право. Возможно, вы хотели подгрести борьбу многих народов Европы непременно под «вашу» «Отечественную» войну. Но этим вы лишь вызвали у них законное раздражение и надели на международное значение вашей победы узконациональный «отечественный» намордник. Но мы вас понимаем: если вы переключитесь с Отечественной войны на Мировую, то раньше всего придется вспоминать, что она началась с раздела Польши теплым союзом Гитлера и Сталина, и что СССР находился в начале войны вовсе не по ту сторону фронта, на которой он ее завершил. И рассказы про «бандеровцев» на таком фоне уже никого не впечатлят. Очень неприятно. Мы это все, конечно, используем в своих интересах. Но жалобу пишите сами на себя».

И в принципе тут трудно что-то возразить. В принижение решающего вклада народов СССР в победу во Второй Мировой войне «решающий вклад» внес тот, кто сначала подписал пакт с Гитлером, а потом изобрел идею «Великой Отечественной войны», противопоставив ее Мировой. То есть Сталин. Дело продолжили его преемники из КГБ и КПСС, а сегодня эфэсбэшно-олигархическая путинская власть.

Но зачем все это?

«Отечественную» войну создавала сталинистская бюрократия (от Сталина и до Горбачева), и это продолжается сегодня эфэсбэшно-олигархической властью Путина.

Но зачем им это? Почему нельзя было просто говорить о Второй Мировой войне и вкладе в нее народов СССР? Или почему было не назвать ее Великой Антифашистской войной, каковой она и являлась, и почему не говорить о победе над нацизмом совместными усилиями народов Европы при ключевом вкладе народов СССР? Зачем создавать концепт «Великой Отечественной войны», который фактически помогает США записывать себе победу в Мировой войне, задевает столько народов, при этом не имея под собой исторической реальности? Зачем понадобилось надеть на эту войну узконациональный «отечественный» намордник? И причем настолько постараться историографией, памятниками, литературой, кино — всеми способами?

Дело в том, что свержение нацизма было результатом интернациональной вооруженной и безоружной борьбы «пролетариев всех стран» и оккупированных народов: поляков, украинцев, белорусов, балканских народов, французов и многих других. И она могла обернуться и против власти сталинистской бюрократии, паразитировавшей на трудящихся и угнетавшей народы СССР и Восточной Европы, как это уже произошло после Первой Мировой. И эта подлинная память о войне была чревата для советской бюрократии, единственный интерес которой заключался в том, чтобы спокойно сидеть своем куске территории со своими привилегиями (это называлось «социализм в отдельно взятой стране»).

И в этом отношении «Отечественная» война — идеальная концепция. Она стирает международный характер борьбы: воевало только одно «Отечество», специально для которого даже дата победы над нацизмом сдвинута на 9 мая вместо 8 мая, как у других боровшихся народов, чтобы это был отдельный, собственный, «отечественный», а не интернациональный праздник. Она «обнуляет» борьбу народов Восточной Европы (которые, как оказалось, были просто «освобождены» советской армией). Она навязывает нерусским нациям (Украина, страны Балтии и др.) великорусское «Отечество», отрицая их право на национальное самоопределение. И одновременно она демонстрирует ведущим западным державам ограниченность своих претензий: ради того, чтобы лучше придавить народы великорусским «Отечеством», можно отдать Западу контроль над миром. Как говорится, мировому империализму — мировое, а великорусскому «Отечеству» — «отечественное». Такая политика империи второго сорта.

В этом для сталинской бюрократии не было ничего нового. У договора с Гитлером тот же смысл: господин Гитлер, мы признаём Ваше величие, вы нас, пожалуйста не трогайте на нашем куске территории с нашими привилегиями — а мы вам за это поставим ресурсы для мировой войны против Англии с Францией. В общем, мир, дружба, ресурсы, а Польшу пополам как «несостоявшееся государство». С позиции расклада сил во Второй Мировой войне он означал участие в ней СССР в союзе с Гитлером. И этот союз с фашизмом кончился не оттого, что кто-то «одумался» и понял, что быть на стороне Гитлера как-то нехорошо, а потому что сам Гитлер «коварно» и «вероломно» (какой нехороший оказался человек!) разорвал договор.

«Великая Отечественная война» и Путин

В общих чертах эту же политику сегодня проводит Путин с поправкой на олигархов в стране и зависимость от иностранного капитала. Путин боится тех же самых вещей: борьбы угнетенных Россией народов и включения трудящихся РФ в борьбу европейского пролетариата (и Украина здесь — ключевое звено). Отсюда все более приторная помпезность «Великой Отечественной войны» и сопровождающие ее экзальтированные маскарады. Поэтому Путин продолжает с «Отечественной» войной навязывать русское «Отечество» Украине, странам Балтии и другим восточноевропейским народам — тоже отдавая тем самым Западу заслугу в Мировой победе над фашизмом в угоду своей сфере влияния. Конфликты вокруг советских памятников в Восточной Европе и гневные обвинения российского МИДа в «надругательстве», «кощунстве» и «потворстве фашизму» — тоже не более чем лицемерная работа на публику, причем в основном российскую.

Тоже крайне неудобной для Путина является вопрос гитлеровско-сталинской оккупации Польши: ведь признать позор пакта означает признать, что Гитлер развязал Мировую войну в союзе с «нашим Отечеством» и с опорой на его ресурсы и при его прямом соучастии — а за Польшей уже в союзе с Гитлером произошел захват части Финляндии и стран Балтии. И тут вся «отечественная» и «освободительная» легенда, весь, как любит говорить Путин, «генетический код» рушится. Польша — поистине ахиллесова пята всей этой конструкции.

Правда, Путин, очевидно, видя проблемность «Отечественной войны» как инструмента, недавно создал новый праздник победы во Второй Мировой войне — но тоже «по-отечественному»: назначив его датой не 2 сентября, как во всем мире, а на 3 сентября. Потому что этот день не может быть общим днем победы народов в борьбе за свободу, а может быть лишь придатком или расширением «нашей» «Отечественной» войны и днем склонения народов перед Россией.

Сталинизм ответственен за массу исторических фальсификаций. «Великая Отечественная война», которой подменили Мировую войну, — одна из самых глобальных. Великодержавная обманка, принижающая роль народов Восточной Европы, в том числе русского, в войне против нацизма в угоду контролю русского государства над соседними народами. Конструкт, именем родины прикрывающий преступления сталинского руководства и его сотрудничество с Гитлером до 22 июня 1941 года. Мифологема, с которой сталинская «отечественная»
бюрократия пыталась поставить победу над нацизмом, достигнутую вопреки ей усилием бойцов и населения, себе в заслугу.

Эта фальсификация по сей день стоит на службе разделения трудящихся разных народов и используется «отечественной» властью в качестве освящения самой себя на царствование. Но она легко рушится там, где трудящиеся и народы приходят в движение. Революция в СССР и Восточной Европе против режима КГБ и бюрократии КПСС в конце 1980-х годов сопровождалась вскрытием темных дел сталинизма, выходом на свет правды, которая пробивалась сквозь увеличивающиеся трещины его бетонных монументов. Так сталинистский режим, истреблявший революционеров, заключавший пакт с Гитлером и вернувший в страну капитализм, был в итоге низвергнут детьми победителей нацизма и внуками победителей царизма и контрреволюции в 1917-1921 годах. «Отечественный» эфэсбэшно-олигархический режим Путина опасается сходной участи от рук нового поколения трудящихся и молодежи разных народов. Поэтому его крайне беспокоит способная стать началом этого революция в Украине, где в том числе понимают, что борьба украинцев против нацизма была частью общей борьбы разных народов, а не борьбой одного «Великого Отечества», и где сказками о том, что пакт Сталина с Гитлером был нужен «Отечеству» никому мозги не запудришь. Простым людям, какой бы национальности они ни были, не нужно лгать себе, ни кому другому о войне, и не нужно защищать негодяев, последним прибежищем которых и прикрытием всех преступлений неизменно остается «патриотизм». Все это нужно только угнетателям.